Отрицание геноцида армян как прототип такого подхода.

Геноцид армян полностью изменил ход истории армянского народа, также как и геополитическую, экономическую и этнографическую структуру Среднего Востока. На данном конкретном отрезке времени геноцид армян подобно геноциду и геноцидным по характеру резням в Африке, Азии и Европе принадлежат сейчас прошлому веку и в умах многих может быть не имеют большого значения для современного поколения. Тем не менее уроки, проистекающие из тех преступлений, по-прежнему, поучительны и их необходимо усвоить.
Что касается армян, именно пережитая травма больше чем что-либо иное травмирует их особенно потому, что совершивший геноцид режим или те, кто пришел ему на смену, отказываются признать это преступление и искупить свою вину. Вместо того, чтобы выразить раскаяние и путем различного рода публикаций честно взглянуть на свою историю и на самих себя, турецкое правительство и турецкие интеллектуалы продолжают следовать по пути полного отрицания вины. В этом притворстве их поддерживают сочувствующие им ученые за рубежом и тем самым только усугубляют травму жертв геноцида. Фактически проблема геноцида армян стала прототипом отрицания современного предумышленного массового убийства. Не случайно, что в ХХ веке ни один геноцидный режим за единственным исключением не признал своей ответственности.

Пропаганда военного времени

Рассказы о преднамеренном массовом убийстве, говорят отрицатели геноцида, основаны на пропаганде военного времени с целью настроить общественное мнение против врага, который должен выглядеть столь одиозным, чтобы заслужить безжалостное наказание. Они объясняют "миф геноцида" пропагандой союзников с целью демонизировать другую сторону и представляют его как средство получения значительной суммы в качестве репараций. Бывший турецкий дипломат Камуран Гюрюн недоволен организованной армянами пропагандистской кампанией и указывает, что турецкое правительство теряет от того, что не проявляет агрессивности. "Мы можем легко заявить, что пропаганда является одной из самых слабых сторон турок. Так было и в Оттоманской империи, и в Турецкой республике. Пропагандистская активность турок ограничивалась опровергающими статьями и ошибочными утверждениями; это было не более чем пассивное усилие в деле отстаивания турецкой позиции. Такой подход позволял противной стороне действовать свободно, постоянно представляя турок как виновников"2.

Провокация мнимых жертв

Опровергатели и те, кто ищет в геноциде армян оправдывающие факторы, пытаются показать, что так называемые жертвы не были невинными и меры по обеспечению безопасности, принятые государством, не отличались от тех, которые другие воюющие правительства принимали до войны и после. Так называемые армянские жертвы, утверждают они, были в большинстве случаев партизанами, саботажниками, шпионами и, сотрудничая с врагом, фактически были пятой колонной. Отчаянные акты сопротивления, такие как события в Ване, представляются ими как свидетельство враждебной настроенности армян, которая серьезно подрывала военные усилия, принуждая отвлекать регулярные войска для подавления восстаний. Гюрюн объясняет:

Вопрос о намерении: рациональное объяснение
и релятивистский подход

Тем, кто отрицает геноцид, настоятельно необходимо представить дело так, будто не было намерения уничтожить определенную группу населения. Наличие намерения определяет суть Конвенции ООН о геноциде и широко воспринимается как определение геноцида. Ужасы войны, говорят они, затрагивают все слои населения, а не только одну группу. Во время Первой мировой войны фактически погибло гораздо больше турок и курдов, чем армян. Бессмысленно приписывать кому-то вину, ибо война - это зло как явление и повсеместно порождает страдания. Поэтому разница в мотивации и методах умерщвления приглушается в пользу тезиса о всеобщих и повсеместных страданиях в период всеобщего хаоса и трагедии войны, которая еще более осложнятся гражданскими волнениями и определенным нарушением системы управления. Во времена таких массовых потрясений не существует разницы между подразумеваемой жертвой и преступником. Под видом проведения научного исследования те, кто отрицает геноцид армян, делают количественное сравнение, для того чтобы избежать качественных сравнений, с целью обойти конкретные особенности систематического уничтожения и оправдать виновную сторону.

Статистика

Отрицанию геноцида свойственна манипуляция с цифрами и их оспаривание статистических данных сторонниками логических рассуждений и сравнений. Их искаженная статистика ставит целью преуменьшить численность потенциальных жертв, проживавших в районах, которые находились под управлением стороны, совершившей преступление, чтобы уменьшить тяжесть преступления и, если возможно, полностью реабилитировать обвиняемого. Так например, после подтасовки статистических данных с целью доказать, будто в указанных районах проживало меньше армян и евреев, чем обычно приводится, рационализаторы утверждают, что турки и немцы просто хотели переселить не внушающие доверия элементы. Они оспаривают надежность источников обвинения, чтобы дискредитировать точность статистических данных, чтобы отмести намерение преступников, чтобы разоблачить так называемый геноцид как миф.
Камуран Гюрюн и другие турецкие авторы, придерживающиеся националистических взглядов, используя различные формулы и сценарии, приходят к выводу, что общее число погибших армян не могло превысить 300.000 и, вполне возможно, не более 100.000 человек. "Очевидно, что из общей численности жертв число жертв, которых можно считать убитыми, будет даже меньше". Поэтому отсюда следует, что число армянских жертв было соразмерно потерям других категорий населения в годы войны.

Суд над военными преступниками

После Первой и Второй мировых войн специальные трибуналы собрали свидетельства и судили руководителей потерпевших поражение режимов за военные преступления. Ряд высокопоставленных официальных лиц предстал перед этими трибуналами, ставшими символическими судебными процессами над всем режимом. Некоторые из обвиняемых не отрицали факт противоправных действий против группы лиц, но симулировали неосведомленность или свою беспомощность. Такого рода признания подрывают позиции тех, кто отрицает геноцид, и поэтому должны быть объяснимы. Утверждают, что в обстановке истерии, объектом которой была потерпевшая поражение сторона, послевоенное правительство в каждом случае считало, что лучше признать вину предыдущего режима в надежде как-то ослабить суровость ожидаемого наказания. Поэтому процессы, происходившие в судах победителей или под их присмотром, не имели законной силы; они были пародией на истинное правосудие.

Холодная война и национальная безопасность

К забывчивости, особенно когда память ассоциируется с восприятием интересов безопасности, прибегают для описания прошлого и к такому приему прибегают как отдельные лица, так и правительства.
Теренс Дес Прес называет создание желательных образов за счет исторической целостности "повествование языком силы". Действующие силовые структуры направляют и в конечном счете определяют приемлемую версию прошлого. Те, кто отрицает и ищет оправданий, пользуются преимуществом этих структур, чтобы проталкивать свою версию. Так в течение всего периода существования Советского Союза, и особенно в годы холодной войны к любой ассоциации с Россией или к любой информации, исходящей из Советского Союза, относились с подозрением. Отрицателям на Западе нетрудно было широко использовать эту антипатию, утверждая, что любой, кто поддерживает "миф" о геноциде армян, является сознательным или невольным соучастником "империи зла", цель которой - дестабилизация системы безопасности Запада и особенно ключевых партнеров НАТО, таких как Республика Турция. Турецкие правительства одно за другим использовали геостратегическое положение своей страны в попытках стереть память о прошлом. Указывая на демократический, секуляристский, ориентированный на Запад характер своего государства и на стратегическую, большой протяженности границу с Советским Союзом, Турция оказывала чрезмерный политический и экономический нажим, иногда прибегая даже к шантажу, чтобы не допустить официального признания и даже обсуждения вопроса о геноциде армян.

Академическая свобода и борцы за правду

Любимое занятие тех, кто отрицает геноцид армян и занимается логическими рассуждениями, сводится к тому, чтобы выставить себя в роли поборников истины, стоящих вне действующих структур власти, но обладающих мужеством бросить вызов влиятельным силам, которые в течение десятилетий искажали исторические события. Они взывают к чувству справедливости и подчеркивают важность и необходимость выяснения другой стороны законного спора. Фактически как только отрицателям геноцида армян удается перевести геноцид в категорию полемики, они достигают успеха, ибо с этой позиции они могут даже еще глубже вторгаться в процесс рационализации и релятивизации.
Свобода слова является основополагающим принципом во многих странах. И те, кто отрицает геноцид армян, всегда прикрываются этим идеалом, чтобы распространить свою ложь. Что вызывает недоумение, так это то, что поборники свободы научных исследований часто не поддерживают в равной степени важный принцип научной честности, основанной на разумном исследовании и использовании принципа доказательств и терпимости, вместо грубого нарушения научной ответственности.

Вывод

Заявляют, что отрицание ставит своей целью перекроить историю, оправдать совершивших преступления и демонизировать жертвы. Отрицание демонстрирует хрупкость памяти, истины, причины и истории. Процесс становится все более изощренным через рационализацию и релятивизацию. Отрицатели геноцида армян все более заинтересованы скорее в оправдании нынешнего положения и в формировании будущего, чем в том, чтобы честно представить прошлое. Скрывая правду, они становятся защитниками и соучастниками великого преступления.
Тем не менее есть надежда. Растущее число студентов познает уроки геноцида армян. И многие ученые начинают понимать важность поддержания правды о геноциде армян. В США более ста видных ученых и известных литераторов подписали петицию, которая осуждает отрицание геноцида армян и призывает к всеобщему осуждению этого преступления. "Отрицание турецким правительством геноцида армян, говорилось в этой петиции, поощряет - по своей сути - нынешние публикации, в которых отрицается холокост евреев и геноцид камбоджийцев; оно поощряет геноцидальные эпизоды, которые в настоящее время имеют место в Африке, на Балканах и в других местах". Это выражение солидарности вселяет сдержанный оптимизм в продолжающейся борьбе против манипуляторов истины.

1 Например, Clive Foss. "The Turkish View of Armenian History: A vanishing Nation" в книге "The Armenian Genocide: History, Politics, Ethics", ed. Richard G. Hovannisian New York: St. Martin's Press, and London: MacMillan, 1992, pp. 250-79.
2 Kamuran Gыrыn, The Armenian File: The Myth of Innocence Expesed, New York: St. Martin's press, 1985, p. 36.
3 Justin McCarthy and Carolyn McCarthy. Turks and Armenians: A Manual on the Armenian Question, Washington, DC: Assembly of Turkish American Associations, 1989, pp. 85-86.
4 Ibid., p. 88.