Распад Советского Союза и образование постсоветских государств создали принципиально новую ситуацию в мире, новое соотношение между различными центрами силы.
Тот факт, что Запад и США не собирались сохранять статус-кво, существовавший до распада Советского Союза, стал очевиден, когда НАТО начало свое продвижение на Восток с включением новых государств Европы, и когда США и Запад стали более активно действовать на постсоветском пространстве, не позволяя России стать центром консолидации этого простран-ства, и начали создавать, как предлагал Бжезинский, геополитический плюрализм на постсоветском пространстве.
Надо сказать, что в последнее десятилетие и российская политика по отношению к США и Западу претерпела серьезную эволюцию. Вначале Россия пыталась еще по инерции играть роль Советского Союза, как равноправного партнера, как великой державы, которая имеет собственные специфические интересы и противостоит экспансии США и Запада, и выступала с предложениями установить многополярный мир, сдерживать гегемонизм и доминирование США.
Но события, произошедшие после 11 сентября, и занятая Россией позиция продемонстрировали, что в новых условиях российское руководство приняло для себя решение в значительной степени подчинить собственные внешнеполитические цели и интересы американским стратегическим целям и интересам, с тем, чтобы, помогая США в этой глобальной антитеррористической операции, извлечь для себя определенные выгоды и преимущества.
Сегодня уже можно сказать, что пока не дали ощутимых результатов эти надежды и намерения на скорейшую интеграцию с Западом в качестве вознаграждения России за ее согласие на безоговорочную поддержку усилий США и Запада в рамках антитеррористической операции. Но есть заметные потери: у России возникли очень серьезные, далеко идущие проблемы непосредственно у ее границ. В первую очередь, речь идет о выходе Соединенных Штатов в тыл России, Ирана и Китая; они обосновались на военных базах центрально-азиатских республик, которые еще недавно находились под непосредственным влиянием и контролем России. Американцы начинают обосновываться в Грузии, довольно серьезно присутствуют в Азербайджане. Турция является стратегическим партнером США в этом регионе. Можно сказать, что США и западный блок фактически осуществляют экспансию на постсоветском пространстве в очень чувствительном для России регионе, который окружает Каспийское море.
Таким образом, Запад и США получают возможность контролировать старый "шелковый путь", который проходит от Китая до Европы, минуя Россию, через Центральную Азию и Закавказье. Кроме того, в Закавказье через регион Каспия Соединенные Штаты и Запад получают возможность влиять на внутренние процессы в российском Северном Кавказе, в центральных и приволжских регионах Российской Федерации, а также препятствовать усилиям России и Ирана эффективно взаимодействовать в закавказском регионе, в Центральной Азии и на Ближнем Востоке. Известно, что в Закавказье Россия и Иран эффективно координируют свои усилия по недопущению укрепления позиций Турции, что могло бы привести к нарушению баланса, сложившегося в этом регионе. Так что продвижение США в этот регион создает очень серьезные вызовы не только для региональных держав - России и Ирана, но грозит обернуться непредсказуемыми последствиями для всех стран региона и, в первую очередь, для Армении.
Какова реакция России на продвижение США в этот регион, какие задачи Россия может решить там, исходя из собственных интересов? Надо сказать, что Россия соглашается, или, по крайней мере, открыто не выступает против продвижения США на постсоветском пространстве. Об этом свидетельствовали слова В.Путина, сказанные по поводу прихода американских военных специалистов в Грузию. Он заявил, что если это позволительно в Средней Азии, то почему им нельзя быть в Грузии. Российские либерально настроенные, прозападные аналитики считают, что Россия должна дорожить новыми отношениями с Соединенными Штатами, они откровенно высказывают мысль о том, что Москве надо подчинить свои стратегические интересы стратегическим интересам США.
Для беспристрастных и трезвых аналитиков очевидно, что стратегические цели США часто не совпадают с жизненно важными интересами России. Отсюда и известная двойственность российской внешней политики, особенно в отношении стран СНГ. Россия вроде бы согласилась внешне на продвижение США в Закавказье и в Центральную Азию, но одновременно она предпринимает попытки консолидировать свои силы в этих регионах. В России понимают, что уход из Закавказья и поражение в Чечне могут поставить под сомнение возможности государства играть хоть какую-то роль не только в Закавказье, но и на Северном Кавказе, где в чеченскую войну так или иначе вовлекаются и сопредельные регионы. Вместе с тем в Закавказье Россия, с одной стороны, идет на уступки США, но, с другой стороны, все-таки пытается также вести и собственную самостоятельную игру. Она продолжает укреплять свои союзнические отношения с Арменией, сохраняя там свои военные базы. Она сегодня с большей озабоченностью воспринимает проблему эвакуации российских баз из Грузии, так как это резко ослабляет позиции России в Закавказье. Поэтому она пытается сохранить на 10-15 лет свои оставшиеся базы в Грузии (Джавахетия, Аджария), чтобы не утратить полностью свое влияние в этом стратегически важном для нее регионе, потому что только через Грузию Россия выходит на Армению, а через Армению имеет возможности осуществлять совместные действия с Ираном.
В этом регионе у России и Ирана совпадают интересы в том, что касается сдерживания Турции и недопущения возникновения турецкого клина - от Турции до Азербайджана и, впоследствии, до Центральной Азии. Учитывая это обстоятельство, Россия, с одной стороны, подыгрывает США и Западу, с другой стороны, предпринимает серьезные шаги, чтобы не допустить тесной интеграции Грузии в НАТО, вплоть до официального вступления в этот военно-политический альянс. Надо, однако, сказать, что контрмеры, предпринимаемые Россией, могут оказаться довольно эффективными, учитывая положение в Южной Осетии и Абхазии. Сегодня Тбилиси стремится усилить контроль над Аджарией и Джавахетией. Учитывая, что в Джавахетии находится российская база, которая имеет жизненно важное значение, как для российского присутствия в этом регионе, так и для российско-армянских отношений, можно предположить, что в отношениях с Грузией и дальше будут сложности.
Из сказанного выше вытекает, что, осуществляя антитеррористическую операцию и пристегивая Россию к своей колеснице, США получают определенные и очень серьезные выгоды, но при этом Россия пытается отыграть для себя возможности более свободного маневрирования в Закавказье для укрепления собственных позиций. Это говорит о том, что Россия намерена сохранить свое присутствие в этом регионе, понимает, что с потерей этого региона российские проблемы станут гораздо более серьезными, и процесс значительного ослабления влияния России в Закавказье трудно будет приостановить, и что Россия перестанет играть там роль даже серьезной региональной державы.
Надо сказать, что помимо грузинского направления, мы наблюдаем некоторую активизацию российско-азербайджанских отношений. Некоторые воспринимают эту активизацию как наносящий ущерб российско-армянским отношениям. Я не склонен таким образом интерпретировать развитие российско-азербайджанских отношений. Следует отметить, что Азербайджан долгое время имел однозначно протурецкую и прозападную ориентацию. Но на данном этапе Азербайджан проходит очень сложный процесс своего внутреннего развития. В карабахской войне он потерял большие территории и не способен сегодня, прибегая к военно-политическим мерам, в одиночестве вернуть себе эти территории. При этом Азербайджан рассчитывает на очень серьезные инвестиции Запада, чтобы решить свои экономические проблемы и, получив большие деньги, использовать наемную армию. Он делает ставку на своих союзников, в первую очередь Турцию, для решения карабахской проблемы.
Учитывая эту ситуацию, руководство Азербайджана пытается сегодня маневрировать и флиртовать не только с Турцией и Западом, но и с Россией. В то же время нет никакого сомнения, что свои действия азербайджанское руководство координирует с Анкарой и с Вашингтоном. При этом российская сторона, надо полагать, понимает, что это определенная игра со стороны Азербайджана, принимает правила этой игры, рассчитывая в этом процессе добиться своих целей: в той или иной форме вернуться в Азербайджан, играть более активную роль в распределении ресурсов Каспия и не допустить дальнейшего продвижения в этот регион Турции и Запада. Но это, как мне представляется, вовсе не означает, что Россия решила переориентироваться на Азербайджан и старается решить проблему возвращения в Азербайджан за счет Армении. Очевидно, что в обозримой перспективе российско-армянский вектор является доминирующим, так как потеря российских позиций в Армении приведет к полной потере вообще российского влияния и присутствия в Закавказье, а это, в свою очередь, приведет к разрыву непосред-ственных связей с Ираном.
По всей видимости, несмотря на давление США, Россия будет сохранять свои отношения с Ираном, быть может, не в том объеме, на который рассчитывает Тегеран. Может быть, будут определенные ограничения в военно-техническом сотрудничестве. Но, скорее всего, для России жизненно важно, сохраняя свои самостоятельные отношения с Ираном, продемонстрировать самостоятельность в международных отношениях, особенно в таком важном для себя регионе. Но, что самое важное, Россия и Иран будут стремиться сохранить свои дружеские отношения с Арменией, противодействовать возможному продвижению в регион Турции и США. В силу этого Иран по-прежнему заинтересован в сохранении статус-кво в Закавказье.
Укрепление позиций США в регионе и решение карабахской проблемы в пользу Азербайджана обернется усилением давления США и Турции на Иран, который проходит сейчас очень сложный процесс своего внутреннего развития. В этой стране исламское религиозное государство, которое не выделяет одну титульную нацию, удерживает целостность страны. Вот почему на данном этапе и в обозримой перспективе, несмотря на любые попытки серьезной модернизации, сближения с Западом, угроза возможного распада страны будет удерживать Иран от любых радикальных движений в этом направлении. Вот почему Тегеран заинтересован в сохранении статус-кво.
В сложившейся ситуации Соединенные Штаты будут и дальше способ- ствовать усилению турецкого влияния в регионе, ослаблять свое давление на Турцию в вопросе о гражданских правах, урегулировании армяно-турецких отношений. Антитеррористическая операция, начатая Вашингтоном, вновь усилила значение и роль Турции в политике США в этом регионе. Правда, есть на данном этапе и определенные разногласия между Турцией и США, которые отчетливо проявились в ходе подготовки и осуществлении военной операции против Ирака. Поэтому, можно констатировать, что ситуация, складывающаяся сегодня в Закавказье, далека от стабильности.
Армянской дипломатии потребуется ответить на чрезвычайно важный вопрос: что для Армении выгоднее, сохранение в регионе сложившегося статус-кво или изменение соотношения сил.
Ряд армянских аналитиков и политиков считает, что если закончится соперничество и борьба интересов между великими державами в регионе, то начнется некое "конструктивное сотрудничество" между ними и это будет более выгодно для Армении - она сможет извлечь для себя большие выгоды экономического и политического характера.
Однако мне представляется, что подобного рода суждения лишены основания. Если сегодня есть какой-то маневр для армянской дипломатии и армянского государства, то это только потому, что в регионе существует определенный баланс сил: присутствие России и Ирана сдерживает Турцию и Азербайджан, несмотря на то, что Турцию в регионе активно поддерживают США. Если же вдруг из региона будут вытеснены Иран и Россия, то возникнет ситуация, при которой американцы станут здесь основным игроком вместе со своим ближайшим союзником - Турцией и ближайшим союзником Турции - Азербайджаном. И в этих условиях нет никакой гарантии, что американцы предложат формулу решения проблем, существующих между Арменией и Турцией, Арменией и Азербайджаном, которая не ущемит интересы армянской стороны. Поэтому мне представляется, что сохранение нынешнего баланса сил, активной роли России и Ирана в регионе отвечает интересам армянского государства.
Нельзя полностью исключить и возникновение у Армении проблем в отношениях с Грузией. Это также должно учитываться армянской дипломатией. Будем надеяться, что дальнейшее развитие армяно-грузинских отношений будет проходить по благоприятному сценарию, но в политике надо быть готовыми ко всему. Так что и в этом отношении изменение соотношения сил и уход России и Ирана из региона в качестве активных игроков может обернуться для Армении просто катастрофой. Вот почему для армянской дипломатии чрезвычайно важно сохранение российских военных баз в Грузии и, вообще, в Закавказье. Для Армении очень важно также и то, чтобы не была совершена военная операция против Ирана, которая может привести к дезинтеграции этого государства. В таком случае Армения может быть полностью изолирована от остального мира, если иметь ввиду ко всему прочему также ненадежного и непредсказуемого соседа на севере.
Не исключено, что США, пытаясь укрепиться в Закавказье, предложат Армении определенную поддержку в решении ее проблем с Азербайджаном и Турцией в обмен на участие Армении в процессе вытеснения России и Ирана из региона. Однако принятие подобных предложений США может обернуться катастрофой для Армении. Для армянской стороны чрезвычайно важно, чтобы она не оказалась зависимой от какой-то одной стороны в регионе. Поэтому сохранение баланса сил и соперничество интересов в Закавказье чрезвычайно важны для существования Республики Армения и НКР.
Хотелось бы вкратце остановиться на тех проблемах внешней политики Армении, по которым надо принимать определенные решения, имея некую консолидированную позицию, выработанную не келейно, а с учетом воли всего мирового армянства, чтобы армянская дипломатия более уверенно себя чувствовала на международной арене, ведя сложные переговоры со своими партнерами.
Это, в первую очередь, касается решения нагорно-карабахского конфликта и вопросов, связанных с армяно-турецкими отношениями.
В отношении карабахской проблемы становится очевидным, что есть некая "красная линия", за которую армянская сторона не может отступить. Сегодня уже отпал вариант "общего государства", который некогда представлялся как определенный "прорыв" в предложениях сопредседателей Минской группы. На сегодняшний день единственно возможным для армян компромиссным решением данной проблемы является признание независимого статуса Нагорно-Карабахской республики, не входящей в состав Армении. Такая позиция армянской стороны - уже серьезная уступка в переговорном процессе. При этом любые варианты, которые предлагаются посредниками в качестве "компенсации" для Азербайджана, не должны создавать угрозу существованию самого армянского государства, т.е. карабахскую проблему ни в коем случае нельзя решить ценой потери самостоятельности и независимости самой Армении.
Некоторые варианты, которые ранее обсуждались посредниками на армяно-азербайджанских переговорах, сводились к возможному отсечению Армении от Ирана, которое чревато угрозой возникновения анклавности Армении. Учитывая фактор оторванности Армении от своего стратегического партнера России и ненадежности и непредсказуемости позиций Грузии, это создало бы для Армении в долгосрочном плане совершенно невыносимые условия для выживания и постепенно привело бы к тому, что армянское население еще большими темпами стало бы покидать свою родину. Полагаю, что в качестве компенсации возможен допуск Азербайджана в Нахичеван по наземным дорогам через армянскую территорию, контролируемую только армянскими силами. Возможно временное присутствие определенных международных наблюдателей, однако исключается в принципе любой обмен территориями.
Теперь, что касается армяно-турецких отношений. Однозначно можно сказать, что не дала ожидаемого результата линия администрации президента Тер-Петросяна на то, чтобы, отставив в сторону проблему геноцида, получить согласие Турции на установление дипломатических отношений, на снятие блокады и допуск Армении в Черное и Средиземное море через свою территорию. Турецкая сторона сама выдвинула всем известные предварительные условия для установления дипломатических отношений с Арменией. Мировое сообщество оказывает сейчас давление на Турцию, требуя признания геноцида армян. Однако, будучи реалистами, необходимо прямо сказать, что на данном этапе кажется мало вероятным, что турецкое государство пойдет на это. Очевидно, что несмотря на активные действия армянской общины и армянского лобби в США, стратегические цели и интересы Вашингтона будут все-таки превалировать в американо-турецких отношениях. И вряд ли на данном этапе американцы будут давить на Турцию с тем, чтобы она признала геноцид армян.
Но даже в этих условиях нам необходимо выработать в переговорах с Турцией единую позицию, уяснить, что мы хотим: только ли признания геноцида или при этом добиться материальной компенсации и решения территориального вопроса.
Чрезвычайно важно в данном случае, чтобы все армянство смогло бы совместно выработать общую позицию и увязать друг с другом не только проблему признания геноцида, но и те пределы, которые возможны в требованиях по поводу устранения последствий этого преступления. Мой опыт общения с турецкими дипломатами, политиками и журналистами говорит о том, что турецкая сторона (и даже те силы, которые могли бы признать факт свершения геноцида армян в Турции) боится этого признания, потому что не знает в точности, какие потери они могут понести в результате подобного признания.
Поэтому исключительно важно публично сформулировать хотя бы в общих чертах минимальные и максимальные требования, чтобы армянская дипломатия располагала общим подходом и опиралась на позицию всего армянства. И чтобы и турецкая сторона имела ясное представление о том, что от нее хотят и до каких пределов она может отступать. Это чрезвычайно важно и для возможных посредников - Соединенных Штатов, России, Франции, Европейского Союза, которые также, исходя из собственных интересов, могут участвовать в этом процессе, оказывая давление на турецкую или армянскую сторону.
Я думаю, что поскольку нет серьезной и продуманной политики в этом направлении, не удивительно, что спустя три года после отказа от неправильной политической линии Левона Тер-Петросяна в отношении Турции, министр иностранных дел Армении г-н В. Осканян, выступая в турецком научном центре TECEВ в Стамбуле, фактически излагал те же подходы, которые были присущи дипломатии эпохи Тер-Петросяна; он говорил о том, что надо восстановить дипломатические отношения между двумя странами, оставляя в стороне все предварительные условия. Думаю, что надо интенсифицировать контакты с турецкой стороной, как по государственной линии, так и по линии гражданских структур. Но при этом не надо шарахаться из стороны в сторону. Либо мы ставим предварительно условия: без признания геноцида - никаких отношений и контактов с Турцией, либо откладываем в сторону проблему геноцида и все связанные с ним вопросы и устанавливаем дипломатические отношения между нашими странами. Убежден, что необходимо продолжать широким фронтом мобилизацию международного общественного мнения с целью давления на Турцию, поскольку это все-таки приводит к определенным результатам, как на мировой арене, так и в самой Турции. Потому что вопросы, связанные с геноцидом армян, становятся актуальными для турецкой общественности, превращаются в проблему внутриполитических дискуссий. Необходимо также через контакты по государственной и общественной линиям добиваться быстрейшего установления дипломатических отношений между странами и снятия Турцией незаконной блокады Армении.
Выводы
Учитывая все сказанное, мы должны сделать для себя чрезвычайно важные выводы в интересах выработки адекватной стратегии развития Армянской Республики и мирового армянства. Скорее всего, радикального изменения баланса сил в Закавказье не произойдет. Нет также оснований думать, что Соединенные Штаты смогут очень серьезно закрепиться на Кавказе, вытеснить Россию и Иран из этого региона.
Вместе с тем можно заключить, что еще довольно длительный период времени Армения будет находиться в очень сложном положении. Она будет находиться в зоне рискового капиталовложения, учитывая отсутствие непосредственной границы с Россией, неурегулированность отношений с Азербайджаном и Турцией. Сохраняющийся статус-кво в регионе исключает возможность новой масштабной войны между Арменией и Азербайджаном. Но при этом существует угроза, что экономическое положение при сохранении нынешнего статус-кво будет ухудшаться, и численность армянского населения будет и впредь уменьшаться. Тогда и без всякой войны Турция и Азербайджан смогут решить свои проблемы с Арменией.
Поэтому всему армянству следует учесть, что сохранение армянского государства и армянского населения на территории Армении становится жизненно важной общеармянской задачей. Иначе в течение нескольких десятилетий можно будет потерять государство, а потом ждать несколько веков удобного случая и исторического шанса, чтобы снова его воссоздать. Все это в совокупности ставит перед всем армянским народом задачу, которую можно было бы передать следующим изречением из русской литературы: спасение утопающих - дело рук самих утопающих.
Необходимо объединить усилия армян всего мира с тем, чтобы создавать рабочие места в республике, закрепить там население, не дать возможности образованной и квалифицированной молодежи покидать страну. Только это даст возможность в обозримой перспективе сохранить армянское государ- ство, НКР и нынешний статус-кво в регионе. Но реализация этой задачи потребует более серьезного объединения усилий диаспоры и Армении. Это потребует формирования новых структур и более серьезного влияния диаспоры на политику властей в Армении. Это потребует качественно нового уровня лидерства и управления внутри самой Армении. Во имя выживания государства и народа на его исторической Родине нужно будет осуществить радикальные меры по искоренению коррупции и клановости, по сокращению огромного разрыва между имущими и неимущими. Более чем 10 прошедших лет наглядно показали, что достичь этого только усилиями населения и властей республики невозможно. Нынешняя политическая и социальная инфраструктура в Армении не позволяет надеяться, что в ближайшие годы ситуация может радикально измениться к лучшему.
Проблемой ближайшего десятилетия должен быть прорыв в некоторых высокотехнологических направлениях для того, чтобы Армения, не имея минеральных и других ресурсов, могла найти свою нишу в международном разделении труда, смогла бы за счет интеллектуальной собственности, информационных технологий обеспечивать и упрочить свое существование. Если на этом пути не будут прорывных достижений, то трудно будет говорить о каком-то гарантированном будущем армянского государства в нынешних сложных геополитических и экономических условиях.
Вот почему чрезвычайно важно сформировать координирующие структуры экономического и политического характера для постановки и решения ключевых вопросов сегодняшней экономики и политики Армении. Вот почему чрезвычайно важно, чтобы властные структуры республики чувствовали ответственность перед мировым армянством, которое должно оформить соответствующие институциональные структуры, способные поставить перед армянским государством и решить вместе с ним те задачи, которые оказались не под силу администрации ни первого, ни второго президента.
Только так можно сохранить нашу Родину свободной и независимой.
